Андрей Вячеславович служит давно, вот и в этот день он находился на службе в районе штаба флота. В ­какой-то момент вышел прогреть машину и… переквалифицировался в спасатели.

Он услышал, что ­где-то невдалеке жалобно кричит животное, сначала подумал, что это чайка побитая. Однако быстро понял, что такой визг может издавать собака, ведь сам он, как выражается, «собачник». Тогда Андрей стал двигаться на голос, в сторону берега залива, а это тот ещё квест — снег по пояс, деревья, бурелом. Добрался с горем пополам до берега. Продолжает Андрей Вячеславович:

— Смотрю, собака бьётся в воде, в полынье, метрах в пятнадцати от берега. Видимо, бегала по тонкому льду и провалилась. А ­девчуля-то не маленькая, мы потом её взвешивали — тридцать килограммов живого веса. Попытался я её вытащить, но лёд не держит, сам провалился по пояс. Собака же, в свою очередь, пыталась выбраться самостоятельно, но не могла, силы уже стали её покидать. Я ­каких-то веток наломал, покидал ей, но не помогло, ветки оказались небольшие.

Ч­то-то нужно было срочно придумать. Андрей пополз обратно, наверх, к машине, думал, трос достать, ­какую-­нибудь петлю сделать, зацепить животное. Тут ему на помощь прибежали матросы с подсачником, целая спасательная экспедиция образовалась. В итоге одному из матросов пришлось залезть в ледяную воду, подплыть, зацепить животное и подтащить. Затем уже общими усилиями удалось собаку вытащить на берег.

— Человек побежал сушиться, на ­улице-то было минус четырнадцать, воспаление лёгких в два счёта можно схлопотать. А другой принёс старый бушлат. Мы собаку положили на него, а она даже не двигается из-за судорог. Шкура её на наших глазах стала снежной глазурью покрываться, как у креветки. Понятно, что оставлять её на берегу было нельзя, она бы не выжила. Завернули и потащили наверх. Положили в багажник, и я поехал. К сожалению, имён у помощников своих я не спросил, даже лиц их толком не запомнил, не до этого было.

Собака между тем уже хрипеть начала, времени на размышления не оставалось. Умные люди подсказали, что не в собачий приют её надо везти, а в ветлечебницу.

— Там девочки молодцы, с ходу включились. Полотенца достали, бутылки с водой, давай её греть, растирать. Затем я обратился в «Русскую общину» — это такое объединение людей по принципу взаимопомощи. Собаку забрали, выходили и выпустили в среду обитания. Она довольно упитанная, достаточно ухоженная, с биркой в ухе, её явно подкармливают в ­какой-то воинской части.

Спаситель не считает, что сделал ­что-то выдающееся.

— С моей стороны это никакое не геройство, это естественно для человека, я не могу игнорировать, если вижу, что живое существо гибнет. У меня и дочь такая — подобрала на улице в Питере кота, отмыла, откормила. Как выяснилось, люди его уже неоднократно выкидывали. Сейчас живёт у нас.

Игорь ГЛУЦКИЙ.
Фото Натальи СУВОРОВОЙ.