«От судьбы не уйдешь», — это была первая мысль младшего лейтенанта Владимира А. после того, как получив из рук командира учебного центра офицерские погоны и документ, подтверждающий его право на новое воинское звание, он стал в строй. В ее появлении не было ничего удивительного, ведь к осуществлению своей мечты — стать офицером — Владимир шел более 20 лет.

Военных моряков у него в роду не было, но в столице Северного флота у большинства его друзей отцы служили в ВМФ и в основном — офицерами. Поэтому с выбором профессии он особо не мучился. Поддавшись уговорам приятелей, после школы поехал в Санкт-­Петербург поступать в военно-­морское училище. Правда, в отличие от одноклассников, подал документы не в Морской корпус Петра Великого и не во ВМИРЭ имени А. С. Попова, а в Военно-­морской инженерный институт. Сказалось детское увлечение механикой.
Вступительные экзамены дались нелегко, но через проходной балл перескочил и к осени 2002 года уже гордо носил курсантскую форму. Однако учеба не задалась. Обилие технических дисциплин Владимира не смущало, а вот гуманитарная составляющая учебного цикла повергла его в уныние. Да и строгий распорядок, воинская дисциплина, необходимость подчиняться пришлись ему не по душе. Отучившись три года, подал рапорт и был отчислен из института. Так закончился его первый поход за офицерским званием.
Возвратившись в Североморск, Владимир долго без дела не сидел. Устроился мотористом на спасательное судно «Михаил Рудницкий», на котором прослужил три года. А в 2008 году его должность сократили, и Владимир перешел мастером на береговую ремонтно-­техническую станцию.
В городе, где главенствует военная профессия, трудно не быть военным. Да и финансовое положение в семье требовало коренных улучшений. Поэтому в 2008 году Володя заключил контракт с Министерством обороны РФ.
Военная карьера тоже не баловала его постоянством. Год в полку связи, шесть лет во вспомогательном флоте, пять лет мотористом на судне связи. В 2022 году выяснилось, что по состоянию здоровья матрос Владимир военным моряком быть не может, и он был списан на берег.
Хуже, чем потеряться в профессии, наверное, только запутаться в жизни. Владимира начали «перемещать» из одного подразделения в другое, в каждом он более 2–3 месяцев не задерживался. Успел даже послужить телеграфистом в воинской части, дислоцированной в Ленинградской области…
В 2024 году он подал рапорт с просьбой отправить его в зону проведения спецоперации, и его удовлетворили. Сначала старшего матроса направили в Арктическую мотострелковую бригаду гранатометчиком, а оттуда в Печенгу, где на полигоне гвардейского мотострелкового соединения он учился основам того, что необходимо не для учебного, а для реального боя.
В зону СВО Владимир отправился уже не гранатометчиком, а заместителем командира взвода. К­то-то из кадровиков разглядел в личном деле добровольца запись о том, что он в свое время окончил три курса «дзержинки» и имеет неоконченное высшее образование.
На позиции новички прибыли ночью, и их тут же укрыли в блиндаже, где старожилы попытались объяснить им, что научиться стрелять на полигоне можно, а воевать они будут учиться здесь. И главное в этой науке — приобрести опыт выживания. Не высовываться, когда не надо, не подставляться, смотреть под ноги, наблюдать за небом.
Слова опытных бойцов убедили не всех, некоторые пропустили советы мимо ушей, за что тут же поплатись. На вторую ночь несколько его сослуживцев, решив, что в темноте их никто не увидит, выбрались из блиндажа покурить. Расположились не как на передовой, а как у сельского клуба. Закурили в открытую, нисколько не заботясь о маскировке. Тут их и накрыла «Баба-яга».
Четыре бомбочки легли кучно. Демаскировка позиции обошлась дорого — четверо раненых, один — тяжело.
Их взвод был резервным или, как шутили бойцы, расходным. Североморцев посылали туда, где возникала угроза прорыва неонацистов. Как правило, отправляли не весь взвод, а отделение или группу. Возглавлял бойцов чаще всего Владимир, оказавшийся умелым командиром.
Это заметили, и его первая командировка на вой­ну оказалась довольно короткой. Вскоре его отправили в пункт подготовки офицерского состава.
Полтора месяца обучения вместили в себя столько событий, что показались Владимиру одним днем. Ему присвоили звание младшего сержанта и назначили командиром подразделения. Это событие оказалось приятным, но не главным.
Через несколько дней после начала учебы в часть приехал министр обороны Российской Федерации Андрей Белоусов и вручил участникам СВО государственные награды. Младший сержант Владимир А. был удостоен медали «За храбрость» II степени.
— Достоин я этой награды или не достоин — не знаю, но уверен, что событие это останется в моей памяти навсегда, — поделился впечатлениями Владимир.
Полтора месяца — срок небольшой. Ежедневные огневые упражнения на полигоне чередовались с занятиями в классах, где будущих офицеров учили руководить подразделениями в бою, тактике и многому другому.
А через 45 суток, получив из рук командира части погоны младшего лейтенанта, Владимир по-настоящему почувствовал, что его детская мечта все же воплотилась в жизнь. Он стал офицером. Правда, путь к этому был очень долгий — 22 года.
После окончания учебы Владимир возвратился на Север. Повидался с мамой, женой, родственниками. Но отпуск его был недолог. Спецоперация продолжалась, и его умения и навыки нужны были там, на передовой.
Его взвод был сформирован в кратчайшие сроки. Несколько дней на слаживание подразделения, и новоиспеченный офицер со своими бойцами снова отправился на фронт.

Вячеслав ЧЕРКАСОВ. «На страже Заполярья».
Фото из архива героя.