Два флота, два ордена

Рудольф Вениаминович Радун родился в городе Мелитополь в еврейской семье. Спустя четыре года семья переехала в Симферополь. В этом городе он учился, там его приняли в пионеры, там же в 1929 году Рудольфа избрали делегатом на Всесоюзный слет пионеров. Так что активная общественная работа была свой­ственна нашему герою с самого детства.

— После окончания учебы в школе он поехал в коммуну под городом Джанкой и стал работать с беспризорниками, — вспоминал старший брат Рудольфа Иосиф Радун, профессор, заслуженный деятель искусств Узбекской ССР. — Трудился с ними в поле, на электростанции и пользовался у коммунаров непререкаемым авторитетом. К­ак-то один из мальчишек, что гостил у нас, взял тайком несколько руб­лей. Не знаю, о чем говорил с ним Рудольф, но деньги эти были возвращены.

Позднее Рудольф Радун вернулся в Симферополь, работал слесарем на электростанции, потом на машиностроительном заводе, где его незаурядные лидерские способности были замечены: его избрали секретарем комсомольской организации завода, членом бюро городского комитета комсомола. В 18 лет юноша сменил комсомольский билет на партийный. В мае 1934 года был избран первым секретарем Евпаторийского ГК ВЛКСМ.

Вот что вспоминает о нем бывшая заведующая отделом по работе с пионерами и школьниками Р. И. Зайчикова, работавшая тогда вместе с Радуном: «До сих пор представляю его таким, каким он был тогда, — всегда подтянутый и аккуратный. Рудольф постоянно бывал на предприятиях, стройках, поднимал юношей и девушек на добрые дела. Особое внимание он уделял оборонно-­массовой работе. Партия в те годы призывала молодежь крепить оборонную мощь страны, улучшить работу Осоавиахима, развернуть соревнование «ворошиловских стрелков». Комсомольцы Евпатории делом отвечали на призыв партии. Готовились медсестры, радисты, парашютисты. Радун радовался каждому успеху».

В один из октябрьских дней 1935 года молодежь Евпатории провожала своих товарищей в армию. Вместе со своими комсомольцами уезжал тогда и Рудольф Радун. Ему предстояло служить на Балтийском флоте. Направили его в учебный отряд подводного плавания. В 1936 году Радун с отличием закончил учебу и был оставлен в отряде инструктором класса, а вскоре уже исполнял обязанности политрука роты.

В августе 1938 года приказом наркома ВМФ СССР Рудольф Радун был зачислен в кадры флота помощником начальника политотдела части по комсомолу. Через два года стал начальником отдела Главного политического управления Военно-­Морского флота. Через такие ступени в службе прошагал комиссар в довоенное время. И занимая высокий пост, стремился быть среди моряков, часто выезжал в части, жил интересами и нуждами воинов.

В начале Великой Отечественной вой­ны Радун назначается военным комиссаром Охраны водного района Краснознаменного Балтийского флота.

14 июня 1942 года за участие в боевых походах и проявленные при этом смелость, выдержку и отвагу бригадный комиссар Рудольф Вениаминович Радун был награжден орденом боевого Красного Знамени.

Вот каково содержание наградного листа, подписанного командующим Краснознаменным Балтийским флотом вице-адмиралом В. Трибуцем:
«Будучи военкомом Восточной позиции КБФ, сформированной из мобилизованных и вновь построенных кораблей и катеров, тов. Радун проявил много настойчивости, смелости и упорства в выполнении боевых задач по постановке минных заграждении, лично участвуя в пяти больших минных постановках из шести. Поставлено две с половиной тысячи мин. В качестве военкома ОВРа КБФ обеспечил успешное завершение минных постановок, контрольное траление фарватеров, охранение коммуникаций и подходов к главной базе.
5 октября 1941 года кораблями ОВРа при личном участии тов. Радун высажен тактический десант в районе Стрельна — Новый Петергоф.
В ноябре — декабре м-це 1941 года кораблями ОВРа в основном успешно проведена исключительно сложная задача по эвакуации личного состава и перевозке грузов с островов и из Ханко. Только с Ханко кораблями ОВРа вывезено шестнадцать тысяч человек. Тов. Радун много сделал для обеспечения четкой работы кораблей. Личный состав участвующих в операциях кораблей с чувством глубокой ответственности, пренебрегая опасностью, самоотверженно выполнял поставленные задачи в тяжелой ледовой обстановке…»

В октябре 1942 года в армии и на флоте было введено единоначалие.
Институт военных комиссаров был отменен, вместо военкомов вводились должности заместителей командиров по политической части.

В ноябре капитан 2 ранга Рудольф Вениаминович Радун прибыл с Балтики на Северный флот и был назначен начальником политотдела. Он очень быстро включился в боевой ритм, которым жила бригада подводных лодок, освоился со своими новыми обязанностями и заработал энергично и инициативно. Рудольф Вениаминович развил все лучшее, что было в деятельности политотдела до его прихода, в то же время внес много нового, своего. Он очень чутко уловил, что в работе с людьми после года с лишним с начала вой­ны нужны были определенные поправки — наряду с таким же активным использованием агитационно-­массовых форм надо больше внимания уделять конкретному человеку, его настроениям, заботам, нуждам.

Он сам и другие работники политотдела стали углубленно, кропотливо заниматься индивидуальной работой с подводниками.

Политотдел широко практиковал выступления по местному радио лучших в своем деле моряков: акустиков Анатолия Шумихина и Алексея Лебедева, радистов Алексея Виноградова и Евгения Рыбина, торпедистов Михаила Баева и Константина Дряпикова, многих других подводников. Листовки, выпускаемые политотделом, посвящались героям подводных глубин: Магомету Гаджиеву, Валентину Старикову, Николаю Лунину, Ивану Колышкину, Израилю Фисановичу.

К­ак-то на одном из семинаров секретарей комсомольских организаций выступил член экипажа подводной лодки С‑101 Александр Гранкин. Он предложил соорудить на территории бригады каток, где могли бы заниматься спортом моряки, возвратившиеся из боевых походов. Радуну понравилось это предложение. И вскоре каток был готов. Начальник политотдела позаботился и о приобретении коньков.

А Радун не успокаивался и брался за такие дела, которые еще недавно казались невыполнимыми. В одном из старых бараков по его инициативе был оборудован прекрасный клуб, где стали проводиться концерты художественной самодеятельности, шахматно-­шашечные турниры, демонстрировались художественные фильмы. Затем он распорядился, чтобы на территории бригады были смонтированы радиотрансляционные точки и личный состав мог регулярно слушать сообщения Совинформбюро и другие передачи. А вскоре появился и дом отдыха для подводников. Проводились спортивные состязания.

Замполит не оставил без внимания и литературные таланты моряков. Например, на каждой подводной лодке велась боевая история. Отрывки из историй зачитывались по радиотрансляции. Началось соперничество среди экипажей. Строки боевых историй, написанные между боями, возвращают нам из далеких военных лет имена и дела тех, кто на «малютках», «щуках», «катюшах» выходил навстречу врагу, бил его на морских дорогах, кто навсегда изгнал фашистов из наших морей. Таким образом, это дело превратилось в отличное средство воспитания у людей гордости за свой корабль, за свои традиции.

К сожалению, не дожил до победных дней Рудольф Вениаминович Радун. Документы той поры донесли до нас, что он не раз просил командование бригады разрешить ему выйти в море на подводном корабле.

И просьба эта была удовлетворена. В один из февральских дней 1943 года он попрощался с сослуживцами, отдал последние распоряжения подчиненным и поспешил к пирсу, где стояли готовые к походу две «катюши» — третья и двадцать вторая. Им предстояло отрабатывать взаимодействие в совместном крейсерском плавании. На К‑22 и вышел в боевой поход капитан 2 ранга Радун. Вскоре от подводников пришла первая весть. До 7 февраля подводные лодки действовали совместно, а потом связь оборвалась. В назначенный срок К‑3 вернулась в базу Полярное. Напряженно ждали подводники К‑22. Но она так и не вернулась в родную гавань. Не вернулся из боевого похода замечательный человек, отличный политработник, тридцатилетний комиссар Рудольф Радун. Море хранит тайну гибели лодки и ее экипажа.

17 октября 1943 года начальник политотдела бригады подводных лодок Р. В. Радун посмертно был награжден орденом Красного Знамени.

В городе Полярный Мурманской области есть скромный памятник морякам-­подводникам, погибшим в морских глубинах. Этот памятник — дань уважения политработнику Северного флота Рудольфу Вениаминовичу Радуну.

Алевтина КРИВЕНКО.
Фото из Центрального военно-­морского архива.
Автор благодарит за помощь в работе над статьей Н. Г. Хайрузову и Е. К. Федотову.