С 7 октября по 1 ноября 1944 года проходила Петсамо-Киркенесская операция, в результате которой немецко-фашистские захватчики были изгнаны с территории древней печенгской земли. Успешные боевые действия на протяжении всех военных лет были на счету воинов 12-й и 63-й бригад морской пехоты СФ. Вместе с ними участвовали в боях с противником и политработники, которые не только проводили партийно-политическую работу, поддерживали среди личного состава высокий моральный дух, но и сами совершали подвиги, часто ценой своей жизни.

В бою за Печенгу погибли оба

В боях за Печенгу в 63-й бригаде морской пехоты погибли два политработника, о которых были очень скудные данные. Но благодаря  боевым товарищам и родственникам североморцев, которых в 1979-1985 годах разыскали сотрудники Военно-морского музея Северного флота, удалось узнать о героях, павших в боях.

 Капитан Анатолий Волков

13 октября 1944 года погиб при освобождении города Петсамо (Печенга) капитан Анатолий Александрович Волков – пропагандист политического отдела 63-й бригады морской пехоты.

Он родился 28 декабря 1912 года в деревне Вишерка Ленинградской области Новгородского района. Окончил сельскую школу, работал в колхозе. В 1934 году его призвали в армию на действительную службу. В Ленинграде он встретил 17-летнюю красавицу Рахиль Менделеевну, которая стала его женой.

Анатолий Александрович проходил службу на Дальнем Востоке. Молодая семья поселилась на станции Седанка Приморского края. Отслужив положенный срок, молодые переехали во Владивосток.

По архивным документам известно, что с началом Великой Отечественной войны Анатолий Александрович проживал в Ленинграде и был мобилизован в 1941 году Октябрьским РВК города Ленинграда. Затем вновь оказался во Владивостоке. В 1942 году при формировании 63-й бригады морской пехоты был зачислен в ее ряды. В июле 1942 года бригада прибыла в Заполярье, и сразу же в составе 4085 человек была переброшена на полуостров Рыбачий.

Сослуживец Павел Петрович Шпынов в своих воспоминаниях сообщил следующее: «У капитана Волкова я был в начале 1944 года в штабной землянке в районе Цып-Наволок. Он вызвал меня по учету кандидатской карточки. И несколько раз видел во время построения в батальоне. Представляю его в общих чертах: очень обходительный, решительный, серьезный. Выше среднего роста, плотного телосложения,  физически натренированный. Бойцы отзывались о нем хорошо».

Боевое крещение бригада прошла в сентябре 1942 года - успешной высадкой 30 автоматчиков и разведкой островов Хейнесаари. Далее недостатка в боевых задачах не было: разведгруппы бригады совершали вылазки в тыл врага, добывали ценные данные о силах и вооружении, уничтожали фашистов, брали «языков», подавляли немецкие огневые и опорные пункты. Сами морпехи не раз были атакованы, авиация противника регулярно совершала налеты на позиции бригады. Однако разведчики морской пехоты продолжали отважно действовать по всему фронту – на перешейке полуострова Средний, на Южных берегах Мотовского залива и губы Малая Волоковая.

Федор Ефимович Денисов из города Александровска Владимирской области также служил в 63-й бригаде и был знаком с Волковым: «Капитан Волков служил у нас пропагандистом в политотделе. Никогда не повышал голоса на подчиненных. Все куда-то спешил: то в один батальон, то в другой, то на проведение партийного собрания, то на встречу с командирами батальонов, то взводов. Последний раз я видел его в бригаде, когда она вела бои за укрепления рубежа немцев в районе Пороваара. В этот момент я находился в третьем батальоне, где мне сообщили печальную весть, что капитан Волков погиб».

В фондах Военно-морского музея Северного флота бережно хранятся фронтовые письма Анатолия Волкова его семье, а также письма боевых друзей. Вот одно их них от 31 октября 1944 года Фокина Г. М. (п/п 36122), отправленное по адресу: станция Седанка Приморского края, вдове капитана.

«Уважаемая Рахиль Менделеевна! С чувством глубокой скорби извещаю Вас о гибели на боевом посту Вашего мужа, а нашего боевого товарища Анатолия Александровича Волкова и выражаем Вам свое соболезнование. Мы, его боевые товарищи-соратники, разделяем Ваше горе и горе его любимых детей Толи и Тани по поводу вашей общей тяжелой утраты. Но пусть всех нас утешит сознание, что Анатолий Александрович пал смертью храброго на поле боя в борьбе с заклятым врагом всего свободолюбивого народа. Это он до последнего биения сердца выполнял свой долг перед Родиной во имя счастливого Великого советского народа. Смерть от вражеской пули настигла Анатолия 13 октября с.г. на подступах к Петсамо. Он пал при выполнении боевого задания по очищению Советского Заполярья от гитлеровских палачей. С болью в сердце мы предали его прах  земле, но храним о нем светлую память, как о достойном сыне. На его могиле мы дали клятву удесятерить нашу месть к презренным врагам и сполна отомстим за наших боевых друзей».

3 ноября 1944 года приказом командующего Северным флотом капитан Волков Анатолий Александрович был награжден медалью «За боевые заслуги»… посмертно.

Захоронен он в братской могиле на полуострове Рыбачий на восточном берегу бухты Озерко.

Старший лейтенант Владимир Юпатов

В 1920 году в семье Юпатовых, что проживала в деревне Гришманы Великолукской (Калининской) области Себежского района, родился сын Владимир. Мальчишка рос любознательным, веселым. Хорошо учился в Томсинской средней школе. В свободное время помогал родителям по хозяйству. Ни от какой работы не отказывался. После окончания школы уехал в Ленинград и поступил в торговый институт. Учеба давалась легко. На следующий день после выпускного вечера началась Великая Отечественная война.

Сведений, где и кем служил Владимир Юпатов с 1941 года до мобилизации, нам не удалось найти. В 1943 году Ленинградский городской военкомат призвал Владимира на военную службу. Пройдя военную подготовку, он попал на Северный флот. Командование назначило его парторгом 2-го отдельного стрелкового батальона 63-й бригады морской пехоты.

Службу и боевые подвиги старшего лейтенанта Владимира Юпатова лучше всего описали его сослуживцы, ветераны бригады, в своих письмах уже после войны, откликнувшись на письма от научного сотрудника Военно-морского музея СФ Алевтины Кривенко.  

Вот что писал в своих воспоминаниях Павел Петрович Шпынов: «Я прибыл по направлению штаба в первую роту осенью 1944 года. Рота стояла на аэродроме в Пумманках на отдыхе и одновременно охраняла аэродром. В роте были партгрупорги из бойцов или командиров политически грамотных. Комиссара батальона Юпатова я встретил на третий день. Это был стройный молодой человек. Ему исполнилось тогда 24 года. Он прибыл в роту, чтобы провести беседу «Каким должен быть морской пехотинец в бою, в обороне и наступлении». Также комиссар побеседовал и со мною. Он мне охарактеризовал боеспособность, боевой дух роты. В моем взводе, который я принял, комиссар Юпатов знал всех бойцов. Меня недавно приняли кандидатом в партию. Когда он со мною беседовал, мне сразу стало ясно, что здесь в подразделении воспитательная работа с молодыми коммунистами и комсомольцами на высоком уровне. Я видел комиссара Юпатова в своей роте каждую неделю. То он проводил собрания, то беседы  с молодыми коммунистами и комсомольцами. Он учил их быть примером для всех остальных, помогал ротным парторгам быть первыми и примером во всем. Комиссар Юпатов мог кого угодно научить отваге и мужеству и на личном примере.

Владимир Юпатов уделял большое значение фронтовой дружбе. Он говорил, что в этих словах заложен высочайший смысл. Это нужно было видеть, как целый взвод утолял жажду из одной фляги, как одну цигарку курили 5 или 6 человек, как отдавали жизнь бойцы за своего товарища.

У Владимира Юпатова был друг, которого звали тоже Владимиром. Это командир второй роты Поваров Владимир Николаевич. В роте их называли «Два Владимира». Боевые друзья погибли в бою за Печенгу в один день 13 октября 1944 года и вместе похоронены. Я написал, что помню. Всего доброго вам. Пишите. С уважением Павел Шпынов».

В ноябре 1982 года в Военно-морской музей Северного флота пришло письмо от ветерана Северного флота И. К. Железняка.

«Уважаемая Алевтина Васильевна! Ваши письма получил и отвечаю на Ваши вопросы о политработниках 63-й бригады морской пехоты, которых лично знал (...). В том числе и Юпатова Владимира Павловича – комсорга, затем парторга 2-го стрелкового батальона, которым командовал тогда майор Верпатов. Во 2-м стрелковом батальоне мне довелось служить начальником боепитания.

 Помню, Юпатов был скромным коммунистом и добросовестно исполнял свой долг и обязанности. Во время нахождения батальона на переднем крае  в обороне он  часто бывал в землянках бойцов – морских пехотинцев, проводя с ними беседы. Бывал он в землянке боепитания. Его знали многие в батальоне.

Во время наступательных боев наш батальон находился в первом десантном броске бригады на южный берег залива Маатти-вуоно. В ночь с 9 на 10 октября 1944 года посадка нашего десанта производилась на катера «МО» и торпедные катера группами. На том катере «МО», где находилась наша группа боепитания и тыла, еще были стрелковый и минометный взводы. На этом же катере находился и Юпатов.

  Наш катер подошел к берегу, занятому противником, в районе мыса  Ристи-ниеми, что западнее хребта Муста-Тунтури. Высадка десанта производилась в таком порядке: стрелковый взвод, минометный взвод, группа боепитания и тыла. Сходили с катера мы по трапу. Каждый десантник нес, кроме личного оружия и снаряжения, один ящик с боеприпасами. Это правило высадки десанта было действующим для всех десантников, не исключая и комсостава. Места складирования на берегу  указывались заранее.

  В нашу группу боепитания и тыла входили: помощник капитан Федоров, начальник боепитания (им был я), командир транспортного взвода лейтенант Березин, подвозочные, писаря, кладовщики, оружейные мастера. Медсанрота высаживалась с других катеров.

Я находился на катере до выноса на берег всех боеприпасов, затем сошел на берег. Поэтому с катера мне было видно, что происходит на берегу. В момент высадки нашей десантной группы противник вел  частый, но беспорядочный артогонь.

Мне вспоминается, что бойцы стрелкового взвода залегли за ближайшими от берега каменными валунами и по западному обрыву расщелины, идущей к видневшейся вдали высоте. Юпатов сошел на берег одним из первых. Мне хорошо он был виден. Он поднял бойцов из-за укрытия, крича: «Вперед, товарищи! За Родину!». При одном из очередных взрывов артналета, раздавшегося недалеко от Юпатова, парторг упал. Но был ли он ранен после этого, я не знаю. Знаю, что после высадки десанта видел его живым, когда наш батальон после марша с боями по дороге Муста-Тунтури - Курку - Пороваара вышел к месту сосредоточения на восточном берегу Печенгского залива напротив Лиинахамари. Это было, по-моему, 12-13 октября 1944 года. В ту ночь часть нашего батальона была переброшена через залив в Лиинахамари, где тогда шел сильный бой, пылали пожары.  Возможно, с теми подразделениями ушел в бой и Юпатов, там, в Лиинахамари, погиб.

Желаю Вам успехов в музейной работе. С уважением, И. К. Железняк».

В ноябре 1944 года старший лейтенант Юпатов Владимир Павлович был награжден орденом Отечественной войны 2-й степени …посмертно.

Парторг 2-го стрелкового батальона 63-й бригады морской пехоты Владимир Юпатов захоронен в братской могиле в Печенгском районе на полуострове Средний, на правом берегу реки Выкат.

Алевтина Кривенко, Елена Федотова, научные сотрудники Военно-морского музея СФ.

Авторы благодарят за неоценимую помощь в работе заведующую Военно-морским музеем СФ Н. М. Дзенисову, сотрудников музея Н. М. Ногинову, А. Ф. Канулер.

Фото из фондов Военно-Морского музея СФ.