Он неоднократно "навсегда" покидал Североморск, но неизменно возвращался, служил в пресс-службе флота и пресс-секретарем главкома ВМФ, обеспечивал информационную безопасность на Олимпиаде в Сочи, Универсиаде в Казани, Армейских играх. К профессиональному празднику - Дню печати в гостях у "СВ" главный редактор газеты "На страже Заполярья", капитан 2-го ранга Андрей Лузик.

- Андрей Николаевич, начнем сначала, где и когда вы родились, кто ваши родители?

- Родился в подарок отцу, в день ВМФ, в воскресенье, 29 июля 1979 года, в Ленинграде. Отец - старший лейтенант, который служил на Северном флоте,на тот момент находился в море, в далекой заграничной командировке. Ему, конечно, отправили телеграмму, но получил он ее месяца через два. "Обмывание ножек" происходило на корабле. Поздравляя, коллеги придумали шутку, что, мол, Николая Лузика поздравили все президенты африканских стран, мимо которых моряки проходили за время своего служебного путешествия. В 1980 г. мы с мамой приехали к нему в Североморск (я помнил только по фото, считая, что оно и есть - папа). С тех пор жизнь моя с небольшими перерывами была связана с Североморском. 

Мама моя - инженер-технолог, однако работала она в основном экономистом в системе Севвоенморстроя. В 1990-е открыла ИП, занималась торговлей, как и многие тогда.

Через четыре года после моего появления на свет, родился мой младший брат, а выбирать ему имя доверили мне. Я, соответственно, любил песню "Антошка, пойдем копать картошку", так брат мой стал Антоном. Хотя в роду у нас такого имени не было.

- Где учились?

- Учился в 14-й школе (сейчас в этом здании находится ДМЦ). Потом пошел в 15-ю школу (сейчас - гимназия). На год уезжал учитьсяв Питер, мы тогда думали, что переедем. После восьмого класса снова отправился туда, поступать в Нахимовское училище. Слава Богу, не поступил, вернулся. Потом мы в очередной раз уехали. В городе Пушкине, бывшем Царском Селе, я закончил факультет РХБЗ Военно-морского инженерного института и прибыл по распределению… в Североморск.

- Что повлияло на выбор профессии?

- В школе я учился посредственно, средний балл аттестата был 3,5. Поэтому, кроме воинской службы, альтернатив даже не рассматривал. Беспроигрышный вариант. Были бы получше оценки, пошел бы, наверное, на что-то связанное с иностранными языками, литературным переводом. Единственное, в чем я хорошо успевал, особенно ничего не делая в школе, это русский язык и литература. Меня, как научили читать в три года, с тех пор я постоянно много читаю. Плюс врожденная грамотность, в смысле грамматики. По диктантам, изложениям, сочинениям всегда была твердая четверка.

Учился я в вузе на химическом факультете по специальности "Средства химзащиты надводных кораблей". Это защита от оружия массового поражения, отравляющих веществ, ядерного и биологического оружия. Мне нравилась проблематика экологической очистки. Тема моего диплома была "Определение солей тяжелых металлов в акваториях пунктов базирования методом масс-спектрометрии с индуктивно связанной плазмой". В принципе, нас готовили, как специалистов по защите окружающей среды, но реальность оказалась далека от этого.

- Кем бы вы могли стать, если бы не военная служба? Может, занялись бы кинематографом?

- В принципе, я все свои мечты реализовал. Если немного пофантазировать, то да, тема художественного кинематографа мне нравится, в частности, люблю творчество Балабанова, Звягинцева, Сегала. Это было бы что-то глубокое, вдумчивое, про человеческие характеры, судьбы.

- Вы военный и вдруг пресс-служба. Как так получилось?

- На последних курсах института я редактировал классный "Боевой листок". Когда пришёл служить на эскадренный миноносец "Безудержный" в должность начальника  службы РХБ защиты, сразу стал сотрудничать с газетой "На страже Заполярья". Сначала была подборка стихов, заметка про песню о моём корабле, далее - зарисовка, рассказ, репортаж. И пошло-поехало. Меня стали рассматривать в качестве корреспондента редакции.

В 2018 году, кстати, мой корабль пустили на металлолом. Я стал свидетелем, как его медленно пилят, сначала надстройку, потом корму, и до моей каюты дошли. Ну, это отдельная тема.

- Когда стали работать в пресс-службе Северного флота?

- Я прослужил полтора года на корабле, затем 4,5 года - корреспондентом флотской газеты. В пресс-службе СФ с 2007 года, в 2011-м перешел в пресс-службу Минобороны в Москве, где провел три года. Тогда у меня была самая интересная командировка в жизни - на Олимпиаду в Сочи. Группировка ВС РФ обеспечивала безопасность мероприятия, а я занимался информационным обеспечением. Но работал не на общественность, а на руководство входил в состав оперативного штаба. Делал обзор публикаций прессы. Основное внимание уделялось негативной стороне того, что писалось про Олимпиаду. Тогда я вплотную столкнулся с тем, что называют информационной войной. Как либералы, оппозиционеры и откровенные враги, которые потом, много позже были признаны иноагентами, выливали много грязи в адрес организаторов олимпийской стройки.

В конце 2014 года снова вернулся на Север. С удовольствием вернулся. И служил в пресс-службе флота до января 2023 года, пока не получил очередное назначение в Санкт-Петербург, в Адмиралтейство, где был по сути пресс-секретарем главкома ВМФ. Помимо освещения деятельности главкомата, интересно было поработать над разными документальными проектами, например, связанными с архитектурными особенностями здания главного штаба ВМФ. Я узнал, что современный шпиль Адмиралтейства - второй по счету. Первый был сделан в эпоху Петра, а потом поверх деревянной конструкции была выстроена новая.

В принципе, я давно уже выслужил все положенные льготы, добрался до пенсии, и должен бы уволиться, оставаясь в Питере, а перейдя на гражданские рельсы, заняться чем-то своим. Военная служба, как ни крути, налагает ряд определенных запретов и ограничений, которые к определённому моменту уже начинают утомлять. Однако, СВО наложило вето на дембельскую перспективу многих возрастных военнослужащих.

Когда я узнал, что есть возможность стать главным редактором родной газеты "На страже Заполярья", то сразу же воспользовался этой возможностью, закрывая некий свой гештальт. Дело в том, что я никогда не был первым руководителем большого коллектива. И тут случилось - стал. Каждому мужчине, так или иначе, хочется быть первым. Тем более что я начинал журналистскую стезю именно в этом издании.

- Расскажите о вашей деятельности на поэтической ниве.

- У меня есть несколько рассказов, но в основном, я пишу стихи. Нередко и на военную тематику. Можно было бы уже издать сборник под рабочим названием "С чего начинается флот". Есть стихи про любовь, про природу. Состою в литобъединении "Полярное сияние", однако книг пока не издавал. Уровень своих стихов я прекрасно осознаю, он не выдающийся. Ну, тут уж, кому что дано, выше головы не прыгнешь. Тем не менее, мое творчество имеет право на существование. Думаю, оно не ниже уровнем, чем стихи Дмитрия Коржова, хотя в целом поэтов трудно сравнивать. При этом Север богат яркими талантливыми авторами высокого уровня. Можно назвать здесь Андрея Кулюкина, Дмитрия Ермолаева, Владимира Соловьева, Вячеслава Черкасова. Из классиков люблю Пастернака, Бродского, да и многих других. Из современных бы отметил поэзию Владислава Маленко.

- В ваших редакционных статьях можно наблюдать смешение стилей, в сухой информационный тон вдруг вторгается литературный жанр - лирика, пейзаж, юмор.

- По мне, главное, чтобы было интересно читать. Когда идет сухое журналистское изложение - это рутинное следствие ежедневной деятельности, нужно заполнить номер, получается гон, тут не до поэтики. Придумывать аллегории, метафоры, которые были бы интересны читателю, просто некогда. А вот когда есть время, то люблю уделять внимание образности. Короче, я за смешение стилей. Стараюсь разнообразить материал за счет какой-то иронии, нетривиальных слов, терминов, чтобы он заиграл. Заголовки люблю покрутить, напустить двусмысленности. Был у меня, к примеру, такой "Матрос сыт, служба идет" (сыт, в смысле накормлен). Но если мысленно удвоить "с" во втором слове, то он будет выглядеть слегка провокационно, хулигански, но ведь по сути это тоже - чистая правда. При этом заголовок будет запоминающимся, интересным.

- Как вы считаете, управлять коллективом нужно в жесткой или в мягкой форме?

- Лично я стараюсь быть демократичным. Такой стиль подразумевает разделение ответственности. Как правило, журналисты сами определяют то, о чем они будут писать. В творчестве должна присутствовать свобода. В этом смысле мне повезло с коллективом. Но и совсем без строгости тоже нельзя, сдавать материалы нужно в определенный срок, вовремя приходить на собрания, планерки. Суть в том, чтобы дело не страдало, а сами по себе строгости погоды не делают. Человек провинившийся и так чувствует свою вину, он сам себя накажет, сделает выводы, зачем его еще винить дополнительно.

- Столкнулись ли вы, став главредом, с какими-то неожиданностями?

- Да, в целом, нет, я уже давно тружусь в этой сфере. Может быть, коммунально-бытовые проблемы, но и они решаются, если не с наскока, то со временем.

Я скажу, к чему я не был готов. Появились вещи, с которыми я до сих пор не могу смириться. Конечно, приказы не обсуждаются, а исполняются, но после исполнения их можно обсудить и обжаловать. Я имею в виду переход газеты сначала на двухразовый выпуск в неделю, а затем и на трехразовый: понедельник, среда, пятница. На мой взгляд, это неоправданное решение руководства. Лучше спокойно, вдумчиво делать еженедельник, чем работать в регулярной спешке, аврале. Да и для государства это в два раза дороже. Вроде это было сделано как бы в целях оперативности, но за интернетом нам все равно не угнаться, мы всегда будем проигрывать. Тем более, печатается и согласовывается газета в Москве. И никто из читателей не относится к ней, как к источнику свежих новостей. Это флотская летопись, документ.

- А где бумажный вариант газеты можно получить?

Распространяется газета бесплатно в воинских частях. Можно оформить подписку. Но платить 500-600 рублей в месяц желающих найдется немного. Обидно еще и то, что распространяется она только в трех регионах: в Мурманской и Архангельской областях и Республике Коми. А в Москве, Петербурге, Ленобласти, где живет большинство наших пенсионеров - нет.

- А сотрудников хватает?

Полный штат у нас 24 человека, среди них - половина корреспондентских должностей. Желающих идти в журналистику практически нет, поскольку уровень зарплат не соответствует нагрузке. Да и деятельность эта достаточно специфическая, не каждый с ней справится. Всё-таки нужны определённые литературные способности.

- Вы побывали уже в командировке на новых территориях, были ли на СВО?

- Нет, я не раз собирался, несколько раз писал рапорта с просьбой отправить меня на СВО. Вот в феврале должен был ехать, но звезды опять не сходятся. Из числа журналистов туда отправляют только военных, но на регулярной основе. Оснащение у журналистов такое же, как и у настоящих бойцов, кроме оружия полная экипировка. Первым там побывал мой заместитель Александр Друзьяк, потом молодой военкор – лейтенант Илья Суханов, затем ещё более молодой лейтенант Владимир Воронов, а сейчас там находится Денис Белоусов. Корреспондент приезжает в расположение определённого боевого подразделения, некоторое время живет на позициях, собирая материал о героях.

- Ваши журналисты удачно выстрелили, извините за каламбур, на конкурсе "Север на уровне сердца".

- Все три материала победителей были про людей, сражавшихся на СВО, в номинации про героев Севера. Статьи Друзьяка и Владимира Воронова были непосредственно подготовлены по материалам набранным на передовой. А Ирина Аскерко беседовала с военнослужащим с позывным «Утес» здесь. Это военный, получивший "имя" по названию своего крупнокалиберного пулемета. Статья называлась "Солнечная сторона Утеса".  

- Перейдем к личной жизни, кто ваша жена, чем занимается?

- Мою супругу зовут Антонина (получается, у меня брат Антон и жена Антонина). Познакомились мы в ДОФе на молодежной дискотеке, посвященной 23 февраля, когда я служил на корабле, а она училась в выпускном классе школы. Это был 2002 год. Она на пять лет младше, очень красивая, создалось такое ощущение, будто бы я ее раньше видел во сне, и вот вымышленный образ стал реальностью. Потом я про нее все узнал, оказалось, что мы учились в одной школе, и я через завуча, моего любимого учителя Сергея Мякишева, передал ей записку в стихах. Так завязались отношения, и в конце 2003 года мы поженились. По профессии она социальный педагог, но работала в основном делопроизводителем.

- Расскажите о ваших детях.

- Старшему Борису 21 год, он учится в Гуманитарном университете профсоюзов. Ане 11 лет, она сейчас в 5 классе лицея, занимается рисованием, ранее пробовала себя в музыке. Младшей – Людмиле, мы зовём её Люся, скоро будет 5 лет (21 февраля), она посещает балетную студию. В моей градации первый ребенок "сюрприз", второй - "подарок", а третий - "награда".

- Что вы любите есть, готовите ли?

- Особых гастрономических пристрастий нет. Ем всё. Люблю простую пищу. Скажем, отварная картошка с салом - это прекрасно, лучше не придумаешь. Готовить умею. Что хорошо получается? Я хорошо картошку чищу, кожура выходит длинная. Картошка получается гладкая, без всяких глазков. Идеальная картошка, горжусь (Смеется).

- Есть ли хобби?

- В прошлом году встал на ролики, завлекло. Прямо жду уже чистого асфальта. На машине люблю ездить, хочу еще покататься на мопеде или мотоцикле, на том же велосипеде. Интересна не столько скорость, сколько сам процесс езды, когда сливаешься с двухколесным конем. Едешь и наслаждаешься какой-то свободой, красивыми видами. Нравится также бегать.

- Где проводите семейные отпуска? Заграница или Россия?

- За границу ходил только на военных кораблях, бывал в Сирии, Норвегии, Англии, Иране. Иногда ездим по стране. Мне очень импонирует Казань, первый раз был там по службе во время Универсиады, потом еще дважды. Нравится их татарское гостеприимство, кухня. Вроде город - миллионник, но он спокойный и очень ухоженный. В горном Алтае гостил у друга, ездили в заповедник на границе с Монголией, погуляли по горам, посмотрели на чумных сусликов. Хотелось бы еще и Байкал повидать, и Урал. А так в основном проводим время в Петербурге, либо в деревне у Тониных родителей во Владимирской области.

Конечно, далеко не всегда удается проводить время с семьей, плюс дети разновозрастные. Но ищем моменты. Последние два года отмечали Новый год, собравшись вместе, старший сын приезжал. В каникулы ходили на каток на Полярной, к друзьям-кумовьям ездили, сейчас в ЗАТО-Театр собираемся, Рождество будем встречать на турбазе под Мурманском.

- Как относитесь к религии?

- Я человек верующий, причем крещен был 7 ноября, в красный день календаря. В 1991 году, когда мне исполнилось 12 лет в Софийском соборе в Пушкине. При этом нельзя сказать, что я прихожанин, ибо в Храме бываю редко. Уже и не вспомню, когда участвовал в каких-либо Таинствах. Безусловно верю, что высшие силы есть. Лишь имеются сомнения по поводу истинности тех или иных верований. Часто философствую на религиозную тематику, пытаюсь осмыслять. В каждом человеке, в каждом живом существе есть частица божественного. Думаю, что главное, все-таки стараться нести людям добро. Как писал Толстой, «нужно просто жить и быть добрым» – в этом, пожалуй, и состоит смысл жизни.

Игорь ГЛУЦКИЙ. Фото из альбома Андрея Лузика и Льва Федосеева.