Авторский вечер Анны Долгаревой

"Я здесь не женщина, я фотоаппарат,

Я диктофон, я камера, я память,

Я не умею ничего исправить,

Но я фиксирую: вот так они стоят

Ещё живые, а потом не очень.

Я не рожу зеленоглазых дочек.

Когда пожар - звоните ноль один.

Поднимет трубку нерожденный сын.

Вы там держитесь, но спасенья нету.

Летят, летят крылатые ракеты".

Автор этих строчек - Анна Долгарева - 21 августа выступила на авторском вечере в Мурманске, едва прилетев из Красноярска в рамках специального проекта Союза писателей России. Учила химию, политологию, психологию, но работает журналистом, уже лет десять - военный корреспондент на Донбассе. При этом пишет интересные стихи. Несомненный ее талант в том, что в своей поэзии Анна научилась совмещать, переплетать жестокости войны и душевную лирику.

- Стихи — это мой способ существования, познания окружающего мира, как ложноножки у амебы или вибриссы у кота, которыми он ощущает реальность. Пишу их с трех лет, через стихи я связываюсь с миром. И я уверена, что если перестану писать, меня не будет. Мои поэтические кумиры постоянно меняются, совсем недавно я с жаром говорила, что это Денис Новиков, но сегодня поглощена Борисом Рыжим, кто будет завтра, не знаю... Самая преданная моя аудитория - невыросшие дети - хиппи, автостопщики, неформалы, ролевики. Я сама на них похожа, - откровенничает Анна.

Встречи с публикой поэтесса называет взаимодействием, обменом энергией. При этом сама Анна человек совсем непростой, резкий, как она говорит, "готовый идти на конфликт", даже с залом. Почему так сложилось? Она мало рассказывала на встрече о своей биографии, но интернет знает все.

Родилась Анна в 1988 году в советском тогда Харькове. По национальности русская, детство провела в Белгородской области у бабушки. Затем была школьная харьковская десятилетка, работа в Киеве, Санкт-Петербурге, а с 2015 года - жизнь в Луганске и Донецке на передовой.  

Аня - советская девочка - не ходила в детсад, а когда пошла в школу на Украине, была изрядно удивлена начавшейся здесь мутацией, новой для нее эстетикой с тризубом и жовто-блакитным полотнищем. На ее глазах стали меняться учебники:

- Богдан Хмельницкий из национального героя превратился в предателя, который "слил" Украину России, а бандеровцы стали проходить путь героизации, мол, против коммунистов боролись. Кравчук и Кучма вольно или невольно формировали украинскую идентичность, которая про обиду. Мол, всю историю нас обижали, унижали, обирали, и вот мы - жертвочки. Но при этом "Ще не вмерла Украина", "дайте гро́шей", а не дадите, можем и нож к горлу приставить.

Анна утверждает, что политическую ориентацию имеет с семи лет. Бабушка -  учитель русского языка. Она всегда много читала, воспитывалась на книгах Гайдара, затем - на русской классике. Говорит по-русски, думает по-русски, пишет по-русски, словом, человек русской культуры. С новой Украиной себя никогда не ассоциировала, даже когда жила в Киеве, понимала, что переедет в Россию. Хотела стать летчицей, актрисой, поэтессой, журналистом и даже агентом КГБ. Многое из этого получилось, но вот с КГБ не срослось. 

Уже десять лет Анна - военный корреспондент на Донбассе, раньше жила там, потом произошло некоторое выгорание, даже нервный срыв, сейчас бывает наездами, но все равно половину своего времени проводит на передовой. В том числе в качестве волонтера возит на фронт гуманитарную помощь. У нее вышло несколько сборников стихов, а недавно появилась еще и проза - книга "Я здесь не женщина, я фотоаппарат". Это фронтовые заметки, многие из которых написаны были еще до начала СВО. Как говорит автор, "это самая интересная часть книги, она хорошо объясняет, почему началась СВО, что происходило на Донбассе". И еще одна яркая глава фронтовых заметок - штурм Мариуполя и его жители.

Недавно Анна сняла документальный фильм "Гомеры русской весны", повествующий о поэтическом творчестве современных фронтовиков. В фильме она ходит в футболке с надписью, известной каждому православному из Символа веры "Чаю воскресения мертвых". Наверное, это и есть главное чаянье людей, потерявших в произошедших катаклизмах своих родных.  

- Я в своих произведениях, - продолжает военкор Анна Долгарева, - рассказываю о самых простых людях, которые живут, работают, воюют, они не должны быть забыты.

Как, например, Серега-водопроводчик, который жил себе обычной жизнью, а потом:

"В город пришла война.

В город ложатся мины.

В городе разорвало водопровод,

и течет вода мутным потоком длинным,

и людская кровь, с ней смешиваясь, течет.

А Серега – не воин и не герой.

Серега обычный парень.

Просто делает свою работу, чинит водопровод.

Под обстрелом, под жарким и душным паром.

И вода, смешавшись с кровью, фонтаном бьет.

И, конечно, одна из мин

становится для него последней.

И Серега встает, отряхиваясь от крови,

и идет, и сияние у него по следу,

и от осколка дырочка у брови.

И Серега приходит в рай – а куда еще?

Тень с земли силуэт у него чернит.

И говорит он: «Господи, у тебя тут течет,

кровавый дождь отсюда течет,

давай попробую починить».

Интересно мнение Анны, где все-таки корни того, что произошло на Донбассе?

- Все это из-за деления людей на сорта внутри Украины, - уверена Анна. - Киевляне и западэнцы - это элита, а Донбасс - шахтеры, чернь. Когда я жила в Киеве, нарратив "донбасское быдло", "донбасские бандиты" преследовал меня неотступно. Кроме того, это пророссийски настроенное население, которое всегда голосовало не так, как хотела "элита". Вот идиоты - в Европу не хотят. Украине никогда не были нужны эти люди, а лишь территории. Они прямо говорят, мол, любите Россию - поезжайте туда и живите, а люди вообще-то проживают на своей территории. И после майдана, госпереворота в Киеве, донбасские тоже решили сами определить свою судьбу, начали готовить референдум. А вышло так, что нет, не могут, на них пустили украинские танки.

В начале СВО Анна пыталась достучаться до своих друзей, знакомых, наводить мосты, но постепенно с ней перестали общаться все. Для украинцев Донбасс стал абсолютным злом, правительство запретило соцсети ВКонтакте и Одноклассники, вся информация людям поступала только от местных СМИ, поэтому они были уверены, что "русские орки" в Донбассе сами себя обстреливают. Параллельно запретили использовать русский язык даже в магазине, в быту.

- Мое поколение пострадало от отсутствия смысла в те годы, идеалистов почти не стало. Каждый заполнял свою душу чем хотел, формировалось общество потребления. И ребят моего возраста сейчас почти нет на СВО, тех немногих, кто был, уже выкосили. А большинство пьет тыквенный латте где-нибудь в Израиле, Турции или Грузии. А теперь смотрите, как быстро произошла разительная перемена. Про Донбасс я уже не говорю, с ним все понятно, но во время СВО, получив альтернативный источник информации, моментально расколдовались жители Запорожской и Херсонской областей. И это после 35 лет укропропаганды.

Сейчас Анна живет в Москве, на вопрос, где ваш дом, отвечает так: "дом там, где мой кот". Когда все закрутилось, она взяла котеночка, которому сейчас уже десять лет. Зовут Феликсом. Когда-то он ее буквально спас, вывел из депрессии. Она вообще любит котов, спасала усатых на улицах Мариуполя. Возможно, видит в них нечто бо́льшее.   

"Здесь перемелено, здесь перемолото, «Градов» гром,

вот бывший дом, и бывшие люди в нем.

А по развалинам ходит бесхвостый кот

и смятенно орет.

Крик замерзает около синих губ.

Перестань быть мертвым, попробуй сесть.

Кот не ест человеческий труп,

не умирай, он даже не сможет тебя поесть.

Снайпер работает неподалеку,

изрешечена разграбленная аптека.

Кот бодает мертвую щеку

бывшего человека.

Встань, поднимись до бывшей квартиры,

где на месте третьего этажа пустота.

словно вокруг — тишина бывшего мира,

Встань, покорми кота".

На следующий день после авторского вечера Анна Долгарева приняла предложение поехать пообщаться с бойцами в госпиталь, хотя ранее всегда отказывалась от таких инициатив, задавая себе вопрос, зачем страдающим людям, возможно, потерявшим конечности, какие-то стишки, да еще такие грустные. Но в этот раз согласилась. А еще Анна любит Север:

- С 2018 года регулярно бываю на Севере - в Карелии, на Кольском полуострове - Сейдозеро, Териберка. Север для меня - точка сборки. Не исключено, что  на старости лет перееду сюда жить. 

Анну на творческом вечере представили североморцы: министр культуры области Ольга Обухова и председатель регионального Союза писателей России Илья Виноградов, которому и удалось ее к нам привезти. Позже Анна обещала появиться на нашем известном поэтическом форуме "Капитан Грэй", если, как уточнила поэтесса, у нее к тому времени «не сядет социальная батарейка».

Игорь ГЛУЦКИЙ. Фото автора.